под лучами солнца.

— Это одно из самых прекрасных мест на Земле,- на лице  монахини засияла улыбка. Она чувствовала, как лучи солнца касались щёк, закрытых век, и то, как ветерок ласково заигрывает, тревожа листву деревьев над головой, создавая неповторимую симфонию свободного дыхания природы. – Дети идут по мосточку, снова кидая хлебушек так, чтобы точно попасть утке мякишем по голове. Мальчишки не меняются… В столовой уже приготовился компот, от чего аромат свежих собранных фруктов доходит и до нас… Матушка Серафима, её божественный голос снова поёт «Царице моя преблагая…»,- тихо пропела монахиня, по-прежнему не открывая глаза. – Я знаю здесь каждую тропинку, каждую игру лучика в разную погоду, знаю как растёт и цветёт цветочек, кустик, деревце, высаженные нами и до нас… Как звенит колокольчик и колокол, как поёт каждый певец в хоре, как сияют свечи в момент службы воскресной, праздничной, при венчании, крещении и похоронах… Как переливаются купола и кресты при рассвете и закате, под тенью хмурых облаков и грозной погоды… Чувствую о чём молится человек, пришедший сюда впервые и тот, которого мы знаем не один год… Я нахожусь здесь, но чувствую всё то, что происходит в пределах нашего монастыря. Я живу здесь десять лет и данное понимание пришло совсем недавно, нет, озарение… — девушка открыла глаза, — я ведаю обо всём, что происходит тут, но как помочь молящемся, когда он покинет это священное место? Когда он выйдет и забудет о том, в чём клялся не делать или наоборот непременно исправить, если Господь откликнется на его молитвы? Как мы можем обвинять Бога в бездействии, когда сами не хотим изменить свою жизнь? Он повсюду, Он чувствует и видит нас, помогает, отвечает… Но Он нам дал волю, воля, которая делает нас рабами. Мы рабы перед собой, а не перед Богом. Мы его дети, а каждое дитя сам выбирает – быть рабом, или свободным. Но что такое свобода? Об этом знает только ветер?- пальцы монахини раскрылись, пропуская через них лучи солнца и приветствие свободы, которое могло её легко коснуться и исчезнуть. 


— Ты обладаешь необыкновенной лёгкостью по отношению к жизни, не смотря на всё, что с тобой произошло… — проговорила вторая девушка.
— Принятие… Бог любит меня, я стараюсь познать эту любовь и научиться видеть большее… Но, не всегда это удаётся. Горести прошлого сеют печали и сомнения, которые тоже признаю.
— Я не верю в искренность людей, не верю в свою искренность, ибо меня от неё тошнит. Всё что мы делаем — забываемся, находя смысл в чём-то или просто врём, будто всё более-менее нормально и заслуживаем подобного отношения от жизни, потому что ничтожества. Или наоборот плюем на все каноны, делая то, что хотим, с желанием остаться безнаказанными, ведь жизнь полное дерьмо. Вот эти две крайности в одном сосуде и есть человек. Не совсем уверена, насколько мне необходимо это место…
— Ты всё-таки собираешься уйти?
— Неужели тебя не посещает данная мысль?
— Посещает, но что я умею, кроме того, как молиться и обучать детишек в воскресной школе и прочих мирских радостей в нашей маленькой священной деревушке?
— И то верно. А я только и умею, что сомневаться во всём и раздражаться тем, что не нравится в себе, завидев у кого-то похожее, то взрываюсь напрочь. К сожалению, жизнь монахини не дала мне возможность избавиться от столь тяжёлого бремени. Ничего мне не раскрылось, я сама не раскрылась себе.
— Что ты будешь делать, Анна?
— Вернусь к своей прежней жизни, но с другими мозгами, всё же, не зря тут год прожила.
— Я буду молиться за тебя.
— Разве ты знаешь, чего я желаю? Помогут ли твои молитвы мне, если не помогли мои?
— Счастье и любовь, вот что желают все.
— Счастье у всех разное, как и любовь. Может, счастье мне убивать? Любовь на то подвергает, счастью этому.
— Ну что ты такое говоришь…
— Я убийца… — рука Анны машинально, по забытому автоматизму, потянулась вниз, чтобы закурить, но она успела запамятовать, что, уже как год, не курит. – Я убила двоих детей ради любви, а толку? Ни детей, ни любви. Сегодня он говорит об аборте и то, что ни к чему пока дети, а завтра назовёт тебя чудовищем. Не скажу, что на тот момент мечтала о детях, но мысль не покидает, а что, если бы сейчас мои руки ласкали златовласые кудряшки. Уставала бы от их неугомонных игр, драк, разных истерик, ведь дети бы были похожи на меня: белокурые, непослушные, с кучей разных проблем, которые так легко решить, особенно хорошенько подумав, а, не делая всё на эмоциях. Если перед кем и виновата, то только перед ними.
— Я буду молиться о счастье и любви, которое ты не видела и не чувствовала, но которым обладаешь сама,- рука юной монахини коснулась руки Анны.
— Ты одно из самых прекрасных здесь созданий, это поспособствовало задержаться. А ты хочешь остаться здесь на всю жизнь и стать невестой Христовой?
— Моё желание быть с Богом, и помогать людям…
— Так Бог и люди не только на этом клочке земли. Думаешь ли ты о мужчинах?
— Нет, я не замечаю их.
— Ха, мне бы такое счастье… Хотя, если ты здесь росла с десяти лет, то не удивительно. Здесь даже нет интернета…
— Он есть, просто не у всех. Да и не нужен, нам привозят очень много интересной литературы. Но… — монахиня немного замялась и даже покраснела.
— Что?- Анна внимательно посмотрела на девушку.
— Мне иногда снятся сны, в них молодой мужчина, чуть старше меня… Необычные сны…
— Эротические что ли?
— Откровенных сцен в них нет, но, будто это воспоминания. Удивительно то, как чувства из сна остаются при пробуждении. Я ничего не знаю, но влюблена… Возможно, у меня начинается расстройство психики, такое тоже часто происходит с людьми.
— Может, ты просто видишь своё будущее? 
— Это воспоминания. Я точно знаю, что этого мужчины нет на земле. Я это знаю с каждым новым пробуждением...
— А возможно, это лишь искажённые фантазии нашего мозга и того, что мы запрещаем себе познать, всякое может быть. В такие моменты интересно умереть и узнать, как оно всё обустроено. Смешно будет, если после смерти нет ничего. Пустота. А весь смысл и все тайны оказывается, хранились при жизни, вот тут — повсюду, а мы всё пытались узнать в каком-то другом измерении. Что и не удивительно. Игумения идёт, снова скажет, что мы бездельничаем, пойдём скорее. Не хочу с ней сталкиваться. 

Обсудить у себя 8
Комментарии (3)

Это продолжение? Если да, то где начало?

это начало и есть. вторая часть выше. 

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: